Теряя веру

— Как вы думаете, — спрашивал я, — что имел в виду Иисус, когда сказал Своим ученикам: «Кто хочет идти за Мной, тот отвергнись всего, возьми крест свой и следуй за Мной»? Разве Иисус не предупреждал неоднократно, что жизнь христианина требует жертв?

Однако TBN жестко учит своих режиссеров, операторов, проповедников и музыкантов держать язык за зубами. Они получают очень недурную зарплату. И практически никто из них не хотел рисковать тем, что имеет, — хоть я и напоминал им о том, что, по словам Иисуса, «всякий, кто оставит дом, или братьев, или сестер, или отца, или мать, или детей, или поля свои ради Меня, — получит больше во сто крат и унаследует жизнь вечную».

Бывали, конечно, и приятные исключения. Некоторых сотрудников волновала судьба пожертвований, — и они «сливали» мне документы, доказывающие, что семья Кроуч тратит деньги жертвователей на собственные нужды. Нашлось и несколько смельчаков, считающих, что их христианский долг — поведать во всеуслышание о том, что происходит за стенами TBN. Первой из них стала тихая застенчивая женщина с легким южным акцентом по имени Келли Уитмор. Несколько лет она проработала личной помощницей Джен Кроуч и насмотрелась достаточно: она рассказывала, что бежала из TBN, как от чумы, не в силах выносить царящего там лицемерия.

Представители TBN утверждают, что 46-летняя Уитмор была недовольна бывшими работодателями и попросту хотела им отомстить; но в это трудно поверить. Уитмор — скромная, вежливая, простодушная женщина, однако с четкими представлениями о том, что хорошо и что плохо. Рассказывала ясно, по существу, с красноречивыми подробностями. Многие из ее рассказов впоследствии подтвердили документы или другие свидетели. Я беседовал с Келли много часов и не обнаружил у нее иных мотивов, кроме желания пролить свет на то, что происходит в TBN. (Она наняла агента и пыталась продать свою историю Голливуду; однако в этом, судя по всему, движущей силой выступала не сама Келли, а ее друзья.) Многое из того, что она рассказывала, попало в мою статью, но еще больше осталось в черновиках, поскольку во многих случаях мне не удавалось уговорить кого-либо подтвердить ее слова под запись — все боялись возмездия. Люди не хотели выступать даже анонимно. Келли и еще несколько человек стали исключением; однако их рассказов — а также сотен документов — оказалось достаточно.

К сентябрю 2004 года, начав публиковать результаты своего расследования, я верил, что мои публикации опозорят TBN на всю Америку и заставят семейство Кроуч реформировать свое предприятие.