Радостная Весть

Магомет оставил нам Коран, Моисей оставил Скрижали, Платон оставил свои книги — каждый оставлял что–то. Иисус Христос не написал ни строчки, но Он сказал: «Я не оставлю вас сиротами, Я остаюсь с вами. Я с вами во все дни до скончания века». Именно «Я». В этом тайна христианства.

Не потому, что мы, христиане, лучше, что мы какие–то особенные. Нет, христиане часто бывали хуже язычников и хуже неверующих, ведь мы тоже люди, у нас тоже человеческие немощи. Но источником силы и непобедимости христианской веры была всегда возможность приникнуть к Вечному через живого Иисуса Христа. Живого потому, что для нас Он не просто историческая личность, как Александр Македонский или Сократ.

Христос — это Тот, Чье слово исполняется сегодня, потому что Он сегодня живет с людьми, живет с каждым христианином, кто захочет Его найти.

Последняя книга Библии Апокалипсис кончается великими словами. Он стоит у человеческого сердца, как у двери, Он не требует, Он не открывает насильно эту дверь, а Он говорит: «Я стою у двери и стучу…» Как проситель, как странник… Тихо стучит в человеческое сердце, чтобы оно открылось Ему. Это великая тайна. Через Христа мы совершенно по–иному видим Бога, Великую Последнюю Тайну: нам Он открывается не как Вселенская Материя, безликий Абсолют, нечто несоизмеримое с человеком, как действительно легко себе представить Последнюю Тайну мира. Нет, Он открывается как Тот, Кто смотрит на мир, Тот, Кто связан с нами, Чья искра, Чье отображение находится в душе каждого человека, более или менее яркое.

И в то же время во Христе явлен идеал человека — не отшельника и не самоуглубленного философа, убежавшего от жизни, а Того, Кто приходил к больным, страждущим. Кто находился рядом с изгоями, с отверженными, с теми, кому руки никто не хотел подать. И Он с ними садился за стол, несмотря на то, что люди набожные, гордые своим благочестием и чистотой, осуждали Его за это.

Поражает удивительная простота Его жизни, в ней нет ничего такого, что позволило бы сказать, что это какая–то фантастическая легенда — Он просто проходит по жизни. С определенной целью. Его иногда называют в литературе бродячим проповедником, и здесь мне вспоминаются слова известного писателя Гилберта Честертона: «Не думайте, что Он бродил, что Он не знал, куда идет. Его жизнь была походом, она была устремлена, как молния». Поэтому она закончилась Голгофой.

Он бросил вызов всем силам тьмы и прежде всего, прежде всего человеческому эгоцентризму, человеческому ячеству, человеческой самости. Тому, что является тяжким камнем, который мы тащим на себе, — то, что закрывает от нас ближних, то, что запирает нас в некую тюрьму собственного «я». И Он эту тюрьму разбивает, Он говорит: «Отвергнись себя».