Философия права

Это воззрение по существу своему есть не что иное как отрицание духовной природы человеческой личности, а равно и семейного начала. В действительности, наследственное право не есть произвольное человеческое установление. Оно вытекает из глубочайших основ человеческого духа и из самого существа семейных отношений; это доказывается уже повсеместным его существованием. Источник его двоякий: право человека распоряжаться своим имуществом после смерти и право последующих поколений получать достояние предшествующих. На первом основано наследование по завещанию, на втором – наследование по закону.

О первом было уже говорено выше. Мы видели, что из самой духовной природы человека, из того, что он ставит себе цели, идущие далеко за пределы его земной жизни, следует, что посмертные его распоряжения должны быть уважены. И именно потому, что смерть есть самое торжественное событие в жизни человека – событие, перед которым исчезает всё мелкое и преходящее, и остаётся только внимание к постоянному и вечному, воля, выраженная в виду этой минуты, получает особенно священный характер. Поэтому все народы в мире, у которых не заглохло нравственное сознание, оказывали уважение к завещанию. Только поверхностное легкомыслие людей, понимающих единственно то, что можно видеть глазами и ощупать руками, отрицает этот всемирный факт. Этим человек низводится на степень животного, которое живёт только минутными ощущениями.

Однако воля завещателя встречает границы в другом начале, не менее возвышенном и святом – в праве детей на наследие родителей. Недостаточно произвести человека на свет, надобно дать ему средства существования в том размере, в каком это доступно самим родителям. Дети являются продолжением их жизни, а потому вступают во все их права, получают их достояние и принимают на себя их обязательства. На этом основан весь семейный быт, и это составляет не только право, но и обязанность детей. Требовать, чтобы каждый начинал сам от себя, ничего не получая от родителей, значит разрывать связь поколений и смотреть на лицо не как на произведение известной семейной среды, черпающей из неё все свои жизненные силы, а как на явление, взявшееся неизвестно откуда, загорающееся и потухающее, подобно упавшей звезде. Этим отрицается сам смысл человеческой истории, которая состоит в том, что следующие друг за другом поколения передают одно другому всё своё материальное и духовное достояние. Без этого человеческая жизнь не подвинулась бы далее первобытной дикости. Наследство есть то великое и плодотворное начало, которое связывает прошедшее с настоящим и будущим, а потому составляет источник и основание истинно человеческой жизни.