|
Итак, если для читателя необходимо сформулировать, в чем состоит -генеральная тайна розенкрейцеров XVIII в.». я скажу: тайна новых розенкрейцеров состоит в том, что они не были розенкрейцерами. Фиктивный Орден розенкрейцеров начался с иезуитов и франкмасонов и был призван прибрать к рукам неприбранные к рукам остатки политической, а то и государственной власти, чтобы воспользоваться ЭТОЙ властью — в лучшем случае! — ради корыстных целей небольшой кучки людей. О «худшем случае», вероятно, промолчим, ибо недоказуемо. В результате Германия все же не скатилась в революцию по меньшей мере еще лет 50, в отличие от Франции, которую франкмасоны «поставили на дыбы», как в свое время Россию— один-едииствеппый масон Петр Первый, он же почему-то Великий (вероятно, из-за роста). ГЛАВА 14. СОВЕРШЕННЫЙ РОЗЕНКРЕЙЦЕР СЕН-ЖЕРМЕН И ЕГО ТАЙНЫ Когда заходит речь о графе Сен-Жермсне, мы тут же припоминаем, что впервые столкнулись с этим именем еще в отрочестве или юности, читая ітушкинскую -Пиковую даму». Причем, несмотря на го что старая графиня из этого произведения второе после Германца главное лицо, мы совершенно не помним, что звали ее АННОЙ Федотовной, а вот Сси-Жсрмен в памяти лапечатлился. Конечно, не у всех читателей «Пиковой дамы», но все же у многих. Приведем из Пушкина все то, что касается Сен-Жермена, чтобы восстановить то, что мы знали о нем, как говорится, «из первых рук». В повести о своей бабушке рассказывает некто Томский. Поскольку карточная игра шла зимней ночью у конногвардейца Нарумопа, то надо понимать, что и Германн. и Томский — тоже военные. Но это я так, для текущей информации. Пропустим не существенное для пас — то, что нынче восьмидесятилетняя бабушка Томского графиня Анна Федотовна в свое время в Париже проиграла на слово герцогу Орлеанскому крупную сумму, которую ее муж (дедушка Томского) отказался за нее заплатить. И теперь пушкинский текст, речь Томского: «...Her, да и только! Бабушка не знала, что делать. С нею был коротко знаком человек очень замечательный. Вы слышали о графе Сеп-Жермене, о котором рассказывают так много чудесного. Вызнаете, что он выдавал себя за Вечного Жида, за изобретателя жизненного эликсира и философского камня, и прочая. Над ним смеялись, как над шарлатаном, а Казанова в своих Записках говорит, что он был шпион; впрочем, Сен-Жермен, несмотря на свою таинственность, имел очень почтенную наружность и был в обществе человек очень любезный. Бабушка до сих пор любит его без памяти и сердится, если говорят о нем с неуважением. Бабушка знала, что (-ен-Жермеи мог располагать большими деньгами. Она решилась к нему прибегнуть. Написала ему записку и просила немедленно к ней приехать. — 134 —
|