|
Заключение После изрядной критики, которая, наверное, была бы способна пошатнуть здоровье уважаемого Чарлза Дарвина, я не буду добавлять той последней капли яда, способной свести его в могилу. Напротив, я встаю на защиту Дарвина и в помощь себе я привлеку П.Флоренского. Он писал в произведении “ Столп и утверждение истины” (сохраняется старое правописание): “ … Истина есть суждение само-противоречивое. Истина потому и есть истина, что не боится никаких оспариваний; но это само-отрицание свое истина сочетает с утверждением. Для разсудка истина есть противоречие, и это противоречие делается явным, лишь только истина получает словесную формулировку. … Тезис и антитезис вместе образуют выражение истины. Другими словами, истина есть антиномия, и не может не быть таковою… А подвиг разсудка есть вера, т.е. само-отрешение. Акт само-отрешения рассудка и есть высказывание антиномии… Только антиномии и можно верить; всякое же суждение не-антиномическое просто признается или просто отвергается разсудком, ибо не превышает рубежа эгоистической обособленности его. Если бы истина была не-антиномистична, то рассудок, всегда вращаясь в своей собственной области, не имел бы точки опоры, не видел бы объекта внеразсудачного и …, не имел бы побуждения начать подвиг веры…” Но меня не будет в рядах официальных ученых, штатных апологетов советского дарвинизма. Я встану в сторонке, чтоб не доносило запаха плесени от их мундиров. Вот, например, умозаключение С.Э. Шноля, с которым можно познакомится по работе “ О динамике новых истин в науке о жизни “ ( В кн.: “ Кибернетика живого. Биология и информация.”, М.: Наука, 1984): “Рационализм Ламарка соответствовал убеждению в силе человеческого разума, что и сделало его теорию долгоживущей, хотя на главный для всякой теории вопрос – вопрос ее верности – для теории Ламарка давно уже был получен отрицательный ответ. Как известно, он был дан Ч. Дарвином, теория биологической эволюции которого в свою очередь явилась следствием изменения общенаучного мировоззрения”. Из всего учения Дарвина я выбираю то место, которое нравится больше всего и любуюсь им. Это теория пангенеза, подвергнутая критике еще при жизни самого Дарвина и сегодня почти забытая. Именно эта теория искупает многие заблуждения Дарвина и позволяет, на мой взгляд, оставаться среди выдающихся испытателей природы. Иммунологические знания позволяют увидеть зерно истины в теории пангенеза. — 69 —
|