|
Если мы обратимся к древнерусской живописи,
иконам XV—XVI вв., то увидим такие же приемы
построения изображения. Иконы вертикального
формата симметричны по вертикали, а членения по
горизонталям осуществлены по золотому сечению.
Икона «Сошествие во ад» Дионисия и мастерской
(рис. 19) с математической точностью рассчитана
в пропорциях золотого сечения.
В иконе конца XV в. «Чудо о Флоре и Лавре»
осуществлено тройное отношение золотого сечения.
Сначала мастер разделил высоту иконы на две
равные части. Верхнюю отвел под изображение
ангела и святых. Нижнюю часть он разделил на
два неравных отрезка в отношении 3 : 2. В итоге
получилось соотношение трех величин золотого се-
чения: а : Ь, как b : с. В числах это будет выглядеть
так: 100, 62, 38, а уменьшенные вдвое — 50, 31, 19.
О симметричности «Троицы» Андрея Рублева
написано много. Но никто не обратил внимания
на то, что по горизонталям и здесь осуществлен
принцип золотых пропорций (рис. 20). Высота
среднего ангела относится к высоте боковых анге-
лов, как их высота относится к высоте всей иконы.
Линия золотого сечения пересекает ось симметрии
по середине стола и чаши с жертвенным тельцем.
Это — композиционный замок иконы. На рисунке
показаны и более мелкие величины ряда золотого
сечения. Наряду с плавностью линий, колоритом
Рис. 17.
Использование симметрии и
золотого сечения в картине
Леонардо да Винчи «Мадон-
на в гроте»:
а — пропорции золотого сечения:
б — размещениеперсонажей
картины в квадрате; в — схема
линейного построения картины
Рис. 18.
Использование симме-
трии и золотого сече-
ния в картине Рафа-
эля «Обручение Ма-
рии
Рис. 19.
Золотые пропорции в линейном построении изображения на иконе «Сошествие в ад» Дионисия и мастерской (XVI в.)
Рис. 20.
Симметрия и золотые пропорции в линейном построении «Троицы» Андрея Рублева
Рис. 21.
Симметрия и золотые
пропорции в линейном
изображении «Успения»
Феофана Грека
Рис. 22.
Золотые пропорции в линейном построении изображения на плите фараона Нармера (3-е тыс. до н. э.)
пропорции иконы играют значительную роль в
создании того общего впечатления, которое испы-
тывает зритель при ее рассматривании.
Могучим хоралом представляется нашему взору
икона Феофана Грека «Успение» (рис. 21). Сим-
метрия и золотое сечение в построении придают
этой иконе такую мощь и стройность, какую мы
видим и ощущаем при виде греческих храмов и
слушании фуг Баха. Легко заметить, что компози-
ция «Успения» Феофана Грека и «Троицы» Андрея
Рублева одна и та же. Исследователи творчества
древнерусских художников отмечают, что заслуга
Феофана Грека состоит не столько в том, что он
писал фрески и иконы для русских соборов и церк-
вей, сколько в том, что он научил античной муд-
рости Андрея Рублева.
— 18 —
|