Когнитивная наука. Основы психологии познания. В 2-х томах. Том I

Иными словами, можно предположить существование особого меха­низма модуляции забывания в такт с сегментацией деятельности. Клас­сические наблюдения Б.В. Зейгарник продемонстрировали исчезнове­ние детальной памяти на подсобную информацию после завершения действия, делающего эту информацию ненужной27. Последующие экс­перименты, правда, выявили более сложную картину, особенно в отно­шении запоминания обстоятельств незаконченного действия — в ряде случаев здесь также наблюдалось плохое запоминание, хотя по логике «эффекта Зейгарник» сохранение должно было быть хорошим (Хек-хаузен, 2003).

Очевидно, для развития этой теории придется решить несколько сложных задач. Главная из них — определение статуса того, что делает субъект. До сих пор мы не знаем, чем на самом деле является наблюдае­мое в реальных условиях или моделируемое лабораторно «действие» и чем в силу этого становится используемое для тестирования памяти пре­рывание — досадной задержкой в достижении личностно значимого ре­зультата, паузой, предшествующей возобновлению того же действия, или же просто прекращением операций, иррелевантных по отношению к под­линным целям и мотивам. При таком спектре возможностей результаты начинают определяться индивидуальными особенностями испытуемых. Например, общий депрессивный фон и склонность к поддержанию status quo, а не к его изменению (англ. state-orientation trait = ориентация на состояние как личностная черта) коррелируют с улучшением запомина­ния неоконченных действий (K?hl, 2000). Вероятное объяснение неожи­данного подтверждения «эффекта Зейгарник» именно в случае этой группы лиц состоит в том, что они испытывают трудности в отказе от однажды поставленной цели, сколько бы иррелевантной с точки зрения смыслообразующих мотивов их деятельности она ни была. У пациентов с депрессией это сочетается с нарушением автоматизированных форм обработки информации и обеднением эпизодической памяти. Можно сказать, что в этом, специальном случае мы имеем дело с действием в относительно чистом виде, без обычной его включенности в систему личностно-смысловых контекстов «сверху» и поддержки со стороны иерархии самонастраивающихся операций «снизу».