Психология практического мышления

В «спортивном мышлении» чрезвычайно важна антиципация действий противника, весьма значимо точное прогнозирования изменения ситуации в ближайшем будущем. Вот почему так важна способность оценивать ситуацию, прогнозировать поведение противника в ближайшее время, только оценки эти и прогнозирование отличает свернутость. Дефицит времени, ответственность за принимаемое решение здесь также отличаются своей выраженностью, носят несколько иной, чем в работе Б.М. Теплова, характер. А.В. Родионов подчеркивает: мышление спортсмена — это поток частных ситуативных решений.

При построении тактической модели связываются попарно два момента единоборства: ситуация — конкретное решение. Ситуация у А.В. Родионова понимается не как строго определенная, со всеми ее конкретными особенностями. «Все ситуации, близкие к какой-то «эталонной», вызывают одинаковые решения» [122, с. 52].

Интересно, что, как и полководец, спортсмен нередко лишь задумывает общее действие, заранее до мелочей не продумывая, какое оно получит развитие. Часто спортсмен не успевает «дать себе словесный отчет о создавшейся тактической обстановке, а какие-то приемы уже «сами» привели» к решению задачи» [122, с. 56].

Итак, мышление спортсмена, имея черты как полководческого, так и оперативного мышления, имеет и существенное своеобразие. Однако оно, на наш взгляд, может рассматриваться как один из возможных видов, вариантов практического мышления. Ведь «основной нерв анализа» у спортсмена — как изменится ситуация, вся обстановка, если он предпримет некоторое действие «А». Или наоборот, какое предпринять действие, чтобы получить

нужное изменение «модели». Таким образом, перед нами мышление, вплетенное в деятельность, мышление неотрывное от реализации, в условиях деятельности. Объект мышления так же сложен и по строению, и по динамике. Опыт, знания очень важны, но их обобщения носят ситуативный характер. Для мыслительного процесса характерны как уже знакомые нам приемы (оценивание, «умение видеть», «опережающий синтез» и «системы анализаторы»), так и специфические (выстраивание решений в цепи, «арсенал средств» спортсмена, зависимость реализуемости решения от индивидуальных его качеств и др.). Хотя А. В. Родионов утверждает наглядно-действенный характер мышления спортсмена, из его описаний следует совсем другое.

Спортсмену нужны специфические знания, которые не ограничиваются наглядно данным. Например, спортсмен, разгадывая противника, пытается определить его характер, склад ума, быстроту реакции, находчивость, склонность к перестройкам или импровизации, богатство приемов и владение ими и многие другие, далеко не наглядные свойства.