|
сверкала спиной на бледном коне и в щетине свиной рука отлетала на конский задок коса расцветала стыдливый цветок. Белый воздух в трех шагах глупо грелся на горах открывая лишь орлу остуденую ралу. Над болотом напролом ездил папа с топором из медведя он стрелял нажимая коготок. Пистолеты отворял в полумертвый потолок на шкапу его капрал обнимался в темноте с атаманом и орел и светился в животе. Дева шла неся портрет на портрете был корнет У корнета вместо рук на щеке висел сюртук а в кармане сюртука шевелилася рука Гемерал спрятал время на цепочке золотой Генерала звали Леля потому что молодой. Он потопал каблуками приседал и полетал Под военными полями о колено бил металл. увидя девицу на бледном коне сказал генерал «Приходите ко мне». девица ответила «Завтра приду Но ты для меня приготовь резеду». и сняв осторожно колпак с головы столетний вояка промолвил «увы. от этих цветов появляются прыщи Я спрячусь в газету, а ты меня поищи. Если барышня-мадам обнаружит меня там получите в потолок генеральский целовок» <1926 – нач. 1928> В кружок друзей камерной музыки*не ходите января скажем девять говоря выступает Левый Фланг – это просто не хорошо. – и панг. <январь 1927> «Берег правый межнародный…»*Берег правый межнародный своемудрием сердитый обойдённый мной и сыном. Чисты щёки. Жарки воды, рыбы куцые сардинки клич военный. Облак дыма не прорвёт могучим басом не родит героя в латах. Только стражника посуда олорожница в лохане Да в реке проклятый Неман кинет вызов шестипалый и бобёр ему на смену носом врежется как шлюпка, а потом беря зажим сын военного прозванья робкой девецы признанье с холма мудрого седла наклоня тугую шею ей внимает бригадир бомбардейский командир Запирает палисад Марья ключница. И вот из морей тягучих вод Слава Богу наконец выбирается пловец Как народ ему лепечет и трясётся на него осудя руки калачик непокорного раба яхты нежные кочуют над волнами поплавком раскрываются пучины перед ним невдалеке. 24 мая 1926 – январь 1927 Авиация превращений*Летание без крыл жестокая забава Попробуй упадешь закинешься неловкий Она мучения другого не избрала Её ударили канатом по головке. Ах, как она упала над болотом! Закинув юбочки! Мальчишки любовались Она же кликала в сумятицах пилоту, но у пилота мягкие усы тотчас же оборвались. Он юношей глядит смеётся и рулит остановив жужжанье мух слетает медленно на мох. Она: лежу я здесь в мученьях. — 24 —
|