|
Ваша статья о горьковской пьесе мне очень понравилась*. Тон превосходный. Пьесы я не видел, знаю ее совсем мало*, но, прочитав Вашу статью, понял, что это превосходная пьеса и что не иметь успеха она не могла. Завидую Вам, вообще всем, имеющим возможность жить не в Крыму. Крепко жму руку и еще раз прошу извинить меня, войти в положение. Авось, в будущем покрою грехи свои. Желаю Вам всего хорошего. Ваш А. Чехов. На конверте: Петербург. Его высокоблагородию Федору Дмитриевичу Батюшкову. Литейная 15. Книппер-Чеховой О. Л., 11 января 1903*3965. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ 11 января 1903 г. Ялта. 11 янв. Актрисуля, дуся, сегодня я написал Батюшкову, чтобы высылали тебе в Москву «Мир божий»*. Я написал ему*, что мне «М<ир> б<ожий>» в Ялте не нужен, ибо женская гимназия получает и снабжает меня им. Сегодня уехала Маша, и вот перед обедом задул сильный ветер. Скажи ей, чтобы она написала мне, не качало ли ее. Вообще пусть напишет, как ехала до Москвы*. Когда приеду в Москву, то непременно побываю у Якунчиковой*. Она мне нравится, хотя видел я ее очень мало. Дуся, за праздники все у меня переболталось в голове, так как был нездоров и ничего не делал. Теперь приходится опять начинать все сначала. Горе мое гореванское. Ну, да ничего. Пусть твой муж поболтается еще годика два, а потом он опять засядет и напишет, к ужасу Маркса, томов пятнадцать. Выписываю из Синопа много цветов, чтобы посадить их в саду. Это от нечего делать и от скуки. Собаки моей нет, надо хоть цветами заниматься. Сегодня, наконец, прочел стихотворение Скитальца*, то самое, из-за которого закрыт «Курьер». Про это стихотворение можно сказать только одно, а именно, что оно плохо, а почему его так испугались, никак не пойму. Говорят, что цензора на гауптвахту посадили? За что? Не понимаю. Всё, надо полагать, в трусости. Пусть Маша расскажет тебе*, как у нас был с визитом некий Тарнани. Это уж второе письмо, кажется, я посылаю тебе с кляксами. Прости своего нечистоплотного мужа. Когда пойдет «Консул Берник»?* Хорош ли в Бернике Станиславский?* А что моя жена хороша, великолепна*, в этом я не сомневаюсь. Из тебя*, бабуня, выйдет года через два-три актриса самая настоящая, я тобой уже горжусь и радуюсь за тебя. Благословляю тебя, бабуня, перевертываю несколько раз в воздухе, целую в спину, похлопываю, подбрасываю, ловлю и, крепко сжав в объятиях, целую. Вспоминай своего мужа. Твой А. На конверте: Москва. Ольге Леонардовне Чеховой. Неглинный пр., д. Гонецкой. — 76 —
|