|
Фрейд тепло приветствовал вторжение в терапевтическую область подходящих для этого людей немедицинских профессий, и, по его мнению, было абсолютно безразлично, имели ли кандидаты на психоаналитическое обучение медицинскую квалификацию или нет. Он убеждал кандидатов, которые спрашивали его совета, не тратить годы на приобретение такой квалификации, а сразу начинать психоаналитическую работу. Он рассматривал вопрос о более широком и лучшем предварительном образовании для новичков в психоанализе. Должен быть создан специальный колледж, в котором будут даваться элементарные знания по анатомии, физиологии и патологии, биологии, эмбриологии и эволюции, по мифологии и психологии религии и классической литературе. Однако, как бы ни очаровывала такая проницательность Фрейда, нам приходилось принимать во внимание многие обстоятельства, с которыми нам сразу же придется столкнуться. Начнем с того, что Фрейд твердо и справедливо настаивал на том, что на деле непрофессиональные аналитики не должны быть полностью независимыми. Не обученные тому, что имеет отношение к выработке медицинского диагноза, они являлись некомпетентными для решения вопроса о том, какие пациенты подходят для их лечения, и Фрейд установил неизменное правило, заключающееся в том, что непрофессиональные аналитики никогда не могут работать в качестве консультантов; первым лицом, которое осматривает пациента, должен быть врач, который затем будет направлять его в случае необходимости к такому аналитику. Это явно подразумевало сотрудничество непрофессиональных аналитиков с людьми медицинских профессий и поднимало вопрос о том, как далеко и на каких условиях такое сотрудничество будет доступным. Существовали такие страны, как Австрия, Франция, и некоторые штаты в Америке, где законом запрещались любые терапевтические меры, проводимые людьми, не обладающими медицинской квалификацией. Было еще намного большее число стран, где лицам медицинской профессии запрещалось законом сотрудничать с практикующими врачами, не являющимися медиками. Кроме того, если бы большинство аналитиков были непрофессионалами, мог бы возникнуть вопрос о возможности все более увеличивающегося отхода психоанализа от медицинской науки, к громадному практическому и теоретическому вреду для психоанализа. К тому же шансы психоанализа на то, что его когда-либо станут признавать как законную ветвь науки, возможно, сократились бы практически до нуля. Насколько я знаю, аналитиками-немедиками, которые практиковали психоанализ до первой мировой войны, были только Термин Гуг-Гельмут в Вене и Оскар Пфистер в Цюрихе. Доктор философии Гуг-Гельмут проводила педагогический анализ и сделала много полезных аналитических наблюдений над детьми. Ее помнят также как изобретательницу игровой техники для анализа детей, которую Мелани Кляйн суждено было столь великолепно развить после войны. В течение первых двух лет после окончания войны большое количество аналитиков-немедиков начали свою практику в Вене. Первым из них, вероятно, был Отто Ранк, хотя он извиняющимся тоном сказал мне, что анализирует лишь детей. В то время преобладала иллюзия, что анализ детей является более легким делом, чем анализ взрослых; именно по этой причине, когда Нью-Йоркское общество в 1929 году временно согласилось разрешить практику непрофессиональным аналитикам, они ограничились анализом детей. Вскоре к Ранку присоединились Бернфельд и Райк, а в 1923 году — Анна Фрейд; затем, позднее, к ним присоединились Айххорн, Крис, Вёлдер и другие. Примерно в это же самое время еще несколько таких аналитиков начали работать в Лондоне, особенно заметными фигурами среди них были Дж. К. Флужел, Барбара Лоу, Джоан Ривьер, Элла Шарп, вскоре к ним присоединились Джеймс и Алике Стрейчи. — 425 —
|