|
— И что же, со второю он тоже венчался? — Со второй не венчался, а вот детишек (от Мириам прадед Михей прижил их восемь душ) крестили. Все стали Калитвины. Сын их, дед Василий — отец отца моего. — И мой родной дядька, — добавил Степан Терентьич. — А что это на вашем прадедушке… оружия не многовато ли? Или это для красоты, для снимка? — Иронизируешь, а совершенно зря. Оружия на нем совсем не многовато, для пластуна в самый раз. — Для пластуна?! Но пластуны ведь разведчики, зачем же им столько оружия? — Эх, Дарья! Вот и еще одна сказочка: пластуны-разведчики. Да, они были и разведчики, и лазутчики, но и среди бойцов им равных не было: пластун и в разъезд, и в залог, и в засаду, и на оборону. А еще они были толмачами-полиглотами, психологами отменными, охотниками первоклассными. Прадедушка Михей был первейшим из первых пластуном. Вот кто Казачьим Спасом жил! А знаешь ли ты, что в крымской войне он с отрядом из двенадцати человек всего снял с русской крепости осаду трехтысячного войска! — Да ну! — Вот тебе и ну. За это прадед Михей Георгия и получил. Окружили они турков со всех сторон, расположились для битвы нужным порядком и ну обстреливать! Пластуны ведь промаха не знают: одна пуля — один басурман. Правая рука штуцер заряжает, левая из пистолета палит; скорость такая, что за минуту пластун пятерых приговорит. А попробуй убей пластуна — ни в жисть не попадешь! С землей сольются — не видать совершенно, с места на место что журки* перебегают: только здеся был, и нет уже, пока турок сообразит, откель выпал**, пластун уже с другого боку бьет.
[Примечание] *Журки — бегающие длинноногие птицы серого цвета, славятся своей способностью передвигаться по земле с невероятной быстротой. ** Выпал — выстрел. [конец примечания] — Так что же, пластуны в казачьей армии были вроде как сегодня спецназ? — Да какое там! Лучший сегодняшний спецназовец тогдашнему пластуну в подметки не годится! Если их и можно с кем сравнивать, так разве что с японскими нинзя. Но и то, лишь на уровне умений. Нинзя ведь у них особый клан, вроде секты, для которой законы остального мира не писаны. А пластуны все до единого характерники были, то есть воины, Казачьим Спасом владеющие. А Спас против мира, против природы не идет. Он сам — часть природы. У характерников даже молитва-присказка такая была: «Небо-отец, земля-мать, Христос-Дух Святой, спаси и помилуй». На этом единстве природном мастерство характерника и построено. Отчего, ты думаешь, сказки про Казачий Спас пошли? Оттого что казак-характерник появлялся вдруг, ниоткуда, и так же незаметно исчезал. В шаге от него враг пройдет — и не заметит, даже если дело днем происходит и рядом ни кустика, ни деревца, ни другого укрытия… — 26 —
|