|
4. В годы написания настоящей книги среди историков уже высказывались многочисленные сомнения в достоверности книги Германа Раушнинга «Беседы с Гитлером (заглавие немецкого издания после войны), которые однако в то время подавлялись «заинтересованной стороной»), поскольку его «разоблачения» приводились на Нюрнбергском процессе как доказательства виновности нац.-соц. руководства в подготовке мировой войны. За истекшие 30 лет неопровержимо доказано, что книга Раушнинга от начала и до конца — фальсификация. Ее окончательное разоблачение было сделано в 1983 г. швейцарским историком Вольфгангом Хэнель (Hаnel, см. библиографию, раздел 6). Утверждение Раушнинга, что он «более ста раз» лично беседовал с Гитлером, было легко опровергнуто многочисленными воспоминаниями и документацией германских архивов, из которых явствовало, что Раушнинг — видный национал-социалист в Данциге перед войной — виделся с Гитлером всего 4 (четыре!) раза исключительно по данцигским вопросам, постоянно в присутствии третьих лиц и ни разу с ним лично не беседовал.
Раушнинг был после первой мировой войны одним из лидеров национальных кругов в Данциге, ставшем по Версальскому договору «свободным городом» вне новых границ Германии. Став впоследствии активным нац.-социалистом, он претендовал на возглавление этой партии в городе, пока не вошел в конфликт с ее местным главой Форстером. Не получив поддержки у нац.-соц. руководства в Германии, он был исключен Форстером из партии и ушел в 1938 г. в эмиграцию, где связался с кругами коммунистов-эмигрантов и немецкой литературной (гл. обр. еврейской) эмиграции. Постоянно нуждаясь в деньгах (большая семья и лечение по причине слабого здоровья), он стал летом 1939 г. добычей известного антинацистского активиста в Париже еврея Имре Ревеса (Imre Revesz, в эмиграции Emery Reves), эмигрировавшего из Германии после того как его бюро службы печати в Берлине было разгромлено 1 апреля 1933 г. штурмовиками СА в ответ на объявленный еврейством всемирный бойкот Германии. В Париже Ревес располагал неограниченными средствами, возглавляя антигерманскую кампанию в мировой печати, в тесном контакте с Черчиллем и «военной партией» в Лондоне. Ревес предоставил Раушнингу «помощь» со стороны своих сотрудников в написании в рекордный срок книги, которая вышла в свет в Париже в конце 1939 г. под заглавием «Гитлер сказал мне...» («Hitler ma dit...») и с подзаголовком «Доверительные сообщения Фюрера о его планах завоевания всего мира» («Confidences du Fuehrer sur son plan de conquмte du monde»). За это совместное творчество Раушнинг, по свидетельству Ревеса, получил наличными 125.000 франков, «больше чем какой-либо автор когда-либо во Франции»; книга была немедленно переведена на все языки и издана в 20 странах Европы и Америки, сопровождаясь необычно громкой рекламой, организованной Ревесом.
Сама книга представляет собой смесь собственных идей автора в нац.-соц. духе, искаженных цитат из «Мейн Кампф», приписанных Гитлеру чужих слов и выдумок противников «фюрера», а также самого Раушнинга, не имея ни малейшей исторической ценности. Приписываемые Гитлеру масонские и коммунистические влияния и связи — плод фантазии автора и его «помощников», не стеснявшихся в переводах искажать в «нужную» сторону даже немецкий текст рукописи самого Раушнинга.
При всем внешнем сходстве многих сторон обоих тоталитарных режимов (тайная полиция, концлагеря, преследование церкви и религии и т.д.), тезис Д. Рида о скрытом сотрудничестве коммунистов и нацистов в мировом плане совместной работы на торжество всемирной революции (не высказанный автором прямо, но напрашивающийся из приводимых им примеров с комментариями) представляется мало убедительным. Разумеечея, это нисколько не умаляет справедливости приводимых Д. Ридом ниже описаний засилья коммунистов в нацистских лагерях (подтверждаемого также Маргаритой Бубер-Нейман, см. библиографию, раздел 6), как и многочисленных фактов сотрудничества заключенных евреев с лагерной администрацией с целью спасти собственную шкуру ценой предательства своих сотоварищей.
5. Другой автор пишет буквально то же самое: Юджин Лайонс, американский еврей и коммунист, был в 20-ые годы американским корреспонлентом в Москве, где он был вхож в высшие советские «сферы», участвуя даже в кремлевских попойках. То, что он увидел, превратило его в убежденного антикоммуниста, и после войны он написал блестяще документированную книгу («Наши тайные союзники: русский народ») с уничтожающей характеристикой советского строя и, что еще более редко на Западе, с объективной и глубоко положительной оценкой дореволюционной России. О Наркоминделе 30-х годов Лайонс пишет, что «в партийных Кругах его называли синагогой»: от швейцара до Литвинова там не было ни одного нееврея. См. Eugene Lyons, «Our Secret Allies: The Russian Peoples», Duell, Sloan & Pearce, New York 1953.
Глава 43
— 51 —
|