|
Терапевт Джонатана высказала своему супервизору мысль о том, что нет большого смысла выводить Джонатана из душевного равновесия. Было явно невозможным оказать на него какое-либо позитивное влияние, поэтому стоит, пожалуй, выбрать в работе с ним более мягкий способ. Терапевт была в шоке, услышав то, что сама произнесла, ибо вдруг осознала, что практически действовала в сговоре с собственным восприятием Джонатаном самого себя она. Она думала о нем, как о человеке слабом и не способном в будущем к каким-либо изменениям к лучшему. Однако, поразмыслив, она пришла к очевидному выводу о том, что тот, кто преуспел в таком совершенном провале, несмотря на благоприятные условия, возможно, является внутренне не настолько слабым, как это кажется внешне. Более того, он должен быть достаточно сообразительным для того, чтобы быть способным построить столь правдоподобную картину своей собственной несостоятельности. Когда на следующей сессии Джонатану была представлена такая новая точка зрения на его способности, он не только согласился с ней, но и выглядел благодарным за первый 20 I. Цель и структура проблеск надежды. Это и в самом деле выглядело так, как если бы он ожидал такой оценки реальной силы своего характера. Он с большим удовольствием развил эту тему и рассказал терапевту о том, что он долгое время был под впечатлением от истории, которую однажды услышал еще мальчиком. Эта история была о человеке, который поспорил, что он способен потерять значительную часть денег к определенному сроку. Сделать это было практически невозможно, потому что его деньги приносили ему еще больше денег прежде, чем он был способен от них избавиться. Джонатану показалось, что потеря денег была в большей степени вызовом для богатого человека, чем возможность их заработать. В этом смысле он согласился с терапевтом, что его собственное поведение неудачника было во многих смыслах большим достижением, чем тот легкий успех на пути по накатанной дорожке, который запланировали для него родители. С этого момента для Джонатана начался совершенно новый этап. Ему больше не требовалось доказывать свою слабость для подтверждения своей силы и независимости. Он мог начать испытывать гордость и удовольствие в открытом признании своей силы и ума. Была заложена основа для его мотивации к выздоровлению. Теперь это было вызовом его самоутверждению. Все предполагали, что он обречен на саморазрушение. Какой больший вызов мог быть найден для того, чтобы проверить его силу и способность к дальнейшему развитию, чем этот, - выбраться из бездны безнадежности и зависимости, в которую он позволил себе соскользнуть? — 20 —
|