|
— А если Фатих и впрямь контракт расторгнет? От кого кожу возить будем? — Вай! Уважаемый полковник! Таких Фатихов пол-Турции к нам прибежит, шить не велика мудрость, важно продать! Да и ты уже сам знаешь, что не с кожи основные деньги идут… — Ох и коварный вы народ, кавказцы! — покачал головой Хрюнов. — Как ты, однако, всё премудро рассчитал! Был Джабраил и нет Джабраила! — Ничего личного, только бизнес, как говорится в одном великом американском фильме! Наши народы небольшие по сравнению с вами, русскими, и там, где вы массой давите, нам головой работать приходится! Исторически обоснованная эволюция, уважаемый! — Эволюция, однако! — полковник убрал папку в кейс. — Только, Мурад, торпеды ты отправляешь! У меня таких специалистов нет, чтобы грохнуть, а потом и самим, если понадобится, исчезнуть! Розыск мой, рулёжка следствием моя, а уж киллеров ты среди своих «зелёных братьев» доставай! — Вай! С этим нет проблем, Анатолий Михайлович! Кавказская война нам столько специалистов наготовила! Кроме как убивать и умирать, ничего не умеют! Но уж что умеют, то умеют как следует! Значит, по всем вопросам договорились? По рукам, уважаемый Анатолий Михайлович? — По рукам, Мурад! Только «братом» меня не назови, а то у вас как братом назовут, так жди кинжала в спину! — Зачем братом! Компаньон! — Ну, пока, до связи, компаньон! Готовь торпеды! — До связи, дорогой! Приготовлю! Хрюнов вышел. Мурад взял телефон, набрал номер. — Алло! Ассалам алейкум, Умар! — Ва-алейкум ассалам, Мурад! — Дело есть, надо поговорить, Умар! — Приезжай, куда обычно, Мурад! — Сегодня в девять, хорошо? — Жду в девять, Мурад! — Хорошо, в девять буду! — Алло! Валентин! Здравствуй, дорогой! Джабраилу, если приедет вечером, скажи — Мурад новую женщину встретил, с огненными очами! Пусть не ждёт меня сегодня в клубе! Дай тебе Аллах всякого благополучия, Валентин! — Серёжа! Это тебе нравится? — Даша робко стояла в распахнутых шторах, только что закрывавших вход в кабинку примерочной. На ней было тонкое изящное платье цвета морской волны, лёгкое, опускающееся чуть ниже колен, с небогатой, но элегантной отделкой из искусственного речного жемчуга. Волосы её были окутаны дымкой тонкого шарфа, такого же нежного оттенка, как и платье, на ногах были надеты маленькие лёгкие туфельки на невысоком каблучке, синие, с маленькими пряжечками из такого же, как на платье, жемчуга. Её тонкая гибкая фигурка деликатно обрисовывалась этим платьем, широко открытые голубые глаза углубились и засверкали в обрамлении дымчатого шарфа, выбивающиеся из-под него пряди белокурых волос, словно дизайнерскими кистями, обрамляли грациозную девичью шейку. — 54 —
|