|
То, что в органическом мире остаётся для нас скрытым, то в человечестве становится явным. Здесь развитие совершается уже не в силу таинственного органического процесса, а посредством сознания и воли. Следующие друг за другом поколения понимают друг друга. Предшествующее сознательно передаёт последующему весь накопленный им или полученный от предков материальный и умственный капитал, который, таким образом, идет, умножаясь. Но к этому количественному росту присоединяется процесс развития самого умственного содержания. Человек не довольствуется слепой, хотя и целесообразно действующей инстинктивной силой; он сознательно ставит себе цели, и притом не только частные, имеющие в виду удовлетворение изменяющихся потребностей, а общие, которые служат руководящими идеями его деятельности. Эти идеи, вытекающие из глубины человеческого духа, выясняются в историческом процессе и достигают всё большей и большей полноты и определённости. Основной закон их развития есть сам закон развития разума, а именно выделение противоположностей из первоначального единства и затем сведение их к новому, высшему единству. Но здесь это новое единство не является только повторением прежнего; это не возвращение к зародышному состоянию, а осуществление идеи в полноте её определений. Каждое из этих определений сохраняет поэтому свою относительную самостоятельность и подобающее ему место в ряду других. Таков общий ход развития, и тот же закон повторяется на всех ступенях. В этом процессе понятие о развитии получает совершенно рациональный характер, с чем вместе выясняется и сам процесс органического мира. Он является выражением общего, разумного закона, которым управляются все целесообразно действующие силы природы и духа. Все это, как видно, совершенно ясно и рационально. Умо-зрительные начала человеческого разума подтверждаются явлениями, которых нельзя отвергнуть, и последние, в свою очередь, объясняются первыми. Совместные указания умозрения и опыта приводят нас к понятию об общей сущности, которая собственной деятельностью, в силу внутреннего начала, излагает свои определения, выделяет из себя противоположности и эти противоположности опять сводит к единству. Мы вращаемся тут в области метафизики, но такой метафизики, которая прямо указывается фактами и одна в состоянии их объяснить. Тем не менее всё это отвергается эмпирической философией. С отрицанием сущностей или с признанием их недоступными познанию отпадает всё, что связано с этим понятием. Развитие исчезает и заменяется эволюцией, понятием, под которым можно разуметь всё, что угодно, и которое каждый толкует по-своему. Конт обозначал этим термином последовательность трех периодов в человеческом сознании: религиозного, метафизического и положительного. При ближайшем анализе этот закон оказывается мнимым. Спенсер, который подробнее разработал этот вопрос, старался свести к общим началам явления органические и чисто механические; но именно через это самое существенное в развитии, то, что составляет его специфическую природу, оставляется в стороне. Основным признаком эволюции признаётся интеграция материи с рассеянием движения, причем вследствие чисто механических причин и внешних влияний происходит возрастающая дифференциация, то есть умножение различий. Очевидно, что тут процесс понимается в совершенно материалистической форме, и притом с исключительно механической точки зрения, вследствие чего он не приложим не только к человеческому сознанию, но и к органическому миру. При развитии зародыша в яйце мы никакого рассеяния движения не замечаем; напротив, тут происходит поглощение тепла, следовательно, усиление внутреннего движения. Скорлупа, которая прежде всего подвергается внешним влияниям и которая, по теории, должна более всего подвергнуться дифференциации, остается, напротив, неизменной. Вся дифференциация происходит извнутри, вследствие действия внутреннего начала, и именно при таких условиях, которые ограждают организм от всяких внешних влияний. Когда же цыплёнок вылупился из яйца и внешние силы действуют на него беспрепятственно, всякая дальнейшая дифференциация прекращается. — 40 —
|