|
[35] Все факты, конечно, уникальны — и те, с которыми работают естественные науки, и любые другие; но естествоиспытателей интересует не уникальность. [36] Настоящее эссе основано на тексте вступительной лекции, прочитанной в 1958 г. [37] Ф. Энгельс в «Анти-Дюринге» (1877–1878): Маркс К. и Энгели Ф. Соч. Т. 19. Marx Karl, Engels Friedrich. Werke. Berlin, 1956–1983. Vol. 19. P, 195. Ср. «Lettres de Henry Saint-Simon ? un am?ricain», eighth, letter in «L' industrie». 1817. Vol. 1. P. 182–191 in: Oeuvres de Saint-Simon et d'Enfantine. Paris, 1865–1878. [38] Разумеется, я не говорю, что верна обратная формула. [39] Об этом ясно сказано у Гельвеция; «Свободный человек — это человек, не закованный в оковы, не заточенный в темнице, не запуганный, подобно рабу, страхом перед наказанием». [40] Самая известная версия такой теории — марксистская концепция социальных законов, но она образует существенную часть некоторых христианских и утилитаристских и всех социалистических учений. [41] Emile. Book 2. Р. 320 // Oeuvres compl?tes / Ed. Bernard Gagnebin and others. Paris, 1959. Vol. 4. [42] «Свободный человек- это тот… кому не препятствуют делать то, что ему желанно», — писал Гоббс (Leviathan . Chapter 21. P. 146 in Richard Tuck edition. Cambridge, 1991). Закон — это всегда путы, даже если он предохраняет вас от еще худших оков, допустим — еще более репрессивного закона, или обычая, или произвола, или хаоса. Примерно то же самое говорится у Бентама. [43] Tawney R. H . Equality (1931). 3rd ed. London, 1938. Chapter 5, section 2, «Equality and Liberty». P. 208 (not in previous editions). [44] Constant . Principes de politique. Chapter 1. P. 275 // Constant Benjamin. De! a libert? chez les modernes: ?crits politiques/ Ed. Marcel Gauchet. Paris, 1980. [45] Mill J. S . On Liberty. Chapter 1. P. 226 // Collected Works of John Stuart Mill / Ed. J. M. Robson. Toronto; London, 1981. Vol. 18. [46] Ibid. P. 224. [47] Ibid. Chapter 3. P. 268. [48] Ibid. P. 265–266 [49] Ibid. Chapter 4. P. 277. [50] Это — еще одна иллюстрация естественного стремления почти всех мыслителей полагать: то, что они считают хорошим, тесно связано между собой или, по меньшей мере, совместимо. История идей, как и история государств, изобилует примерами того, как несовместимые или несоизмеримые элементы перед лицом опасности искусственно соединяют в некую деспотическую систему. Со временем опасность уходит, и между союзниками возникают конфликты, часто взрывающие эту систему, нередко — к великому благу для человечества. — 233 —
|