Как можно быть язычником

Библейский образ мысли имеет в этом отношении соответствия в Европе. Одним из первых подобных соответствий является сократизм или платонизм: платоновская Идея также движется от общего к частному. Сегодня подобный образ мыслей обнаруживается в марксизме, руководствующемся абстрактными понятиями, прежде всего понятием класса, из которых впоследствии выводятся частные характеристики. У Маркса не качества людей определяют класс, а класс определяет качества людей: человек является таким, каким он является, в силу своей принадлежностью к классу, в силу того, что класс воздействует на него. (Мы вновь видим, что человек определяется чем-то внешним). «В основание марксизма, — пишет Франсуа Жорж, — заложена мысль о том, что пролетариат существует вне пролетариев и в целом независимо от них, подобно сущности» (Souvenir de la maison Marx, Christian Bourgeois, 1980, p. 343). В традиционной европейской мысли дело обстоит по-другому. В этом одна из причин того, почему внутри христианства пользовался такой популярностью культ святых с его внешне политеистическим характером. Говоря об относительно поздней эпохе редакции скандинавских саг, Режи Буайе пишет: «Представление об абстрактном и внеличностном боге не могло не быть чуждым для людей, столь сильно озабоченных межличностными отношениями» (Les sagas islandaises, Payot, 1978, p. 216).

§ 16

Библейское единобожие является следствием разрыва: оно порождено отделением и отказом от окружающей цивилизации, произошедшими около восемнадцатого столетия до нашей эры в Уре, в шумерской земле, в среде кочевых племен, во главе которых устная традиция ставит Авраама. Именно с момента этого отделения, этого несогласия начинает развиваться новое утверждение, имеющее природу решительного разрыва: монотеистическое дуалистическое утверждение. Это утверждение начинает отличать Израиль от всех других народов мира. Как показывает война, которую евреи беспрестанно вели против ханаанейских и моавитских культов, дуалистическое единобожие является их законной собственностью. В противоположность утверждению Ренана («Аравия всегда была монотеистической землёй»), Ближний Восток второго тысячелетия до нашей эры отнюдь не проявлял общей склонности к единобожию: её невозможно найти ни у шумеров, ни у ассирийцев, ни у ханаанеев, ни у доисламских арабов, ни у сирийцев. Даже Религия Атона, египетского солнечного диска, мнения о которой (особенно Фрейда) хорошо известны, является не дуалистическим единобожием, а скорее завершением процесса, начавшегося в правление Тутмоса IV, который позволил фараону избавиться от опеки фиванского жречества.