|
В-четвертых, одним из ключевых моментов, способствующих нахождению решения, является визуализация. Усиливается работа перцетивного мышления. Решения первоначально возникают в виде визуального образа или мыслеобраза (mental imagery). Ф. Кекуле понял, как замкнуть молекулярную структуру бензольного кольца, наглядно представив себе образ змеи, кусающей свой хвост. Создавая специальную теорию относительности, А. Эйнштейн представлял себя оседлавшим световой луч и летящим вместе с ним. Ф. Крик открыл двойную спираль ДНК, увидев ее перед собой как на картинке. Таким образом, анализ особенностей измененных состояний сознания и характера активности воображения под действием психоактивных веществ как триггеров творческой активности позволяет заключить, что такого рода состояния близки к состояниям психоза (пограничного шизофренического расстройства), сна (сновидческой реальности) и терминальным состояниям сознания (ТСС), near-death experience. Особенности психоделического опыта, который по некоторым параметрам похож на опыт психоза, сна и умирания, таковы. • Наблюдается стирание границы между Я и не-Я. • Обостряется чувство эмпатии, ощущения другого как самого себя. • Появляется острое ощущение странности, необычности бытия, а также чувство значимости незначимого и прежде не замечаемого. Оказывается, сжимать тряпку, которой стираешь пыль со стола, – это так здорово, так приятно! • Телесный опыт тоже необычен. Холодеющие руки как будто не мои. Человек вязнет в окружении. • Эффект слияния, резонанса с окружающим миром и с другими людьми дает возможность предвидения или же создает остро ощущаемую иллюзию предвидения. Поскольку человек слит с потоком, то ему кажется, что он знает, что будет в следующую минуту. Это ведь так очевидно. Зачем кто-то кого-то о чем-то спрашивает, ведь совершенно ясно, что он ответит. • Существенное снижение порога чувствительности органов чувств. Музыка, которая казалась еле слышной, теперь оглушает Пасмурный день, который казался серым и блеклым, теперь сияет красками и просто залит светом. Чувствительность повышается настолько, что одновременное видение картинки и слушание звука кажется излишним. Достаточно только смотреть, а какие будут звуки или слова, и так ясно. Или же, наоборот, достаточно только слышать, а картинка сама появится, всплывет, заиграет, получит движение. Итак, исследование природы ментальных образов и функций воображения в познавательной деятельности человека уходит в глубокую древность, к мыслителям Древней Греции. Неоценимое значение для развития современных концепций воображения имеют воззрения философа-солипсиста Джорджа Беркли. Вклад основателей и ведущих представителей экспериментальной психологии и гештальтпсихологии в конце XIX и начале XX в. также существенен и не вполне оценен. Происходящие с 1960-х годов в когнитивной науке дискуссии о природе ментальных образов далеки от однозначного разрешения, так как бурно развивающиеся сегодня информационные, компьютерные и когнитивные науки и биотехнологии поставляют все новые и новые данные о работе тела, мозга и сознания человека и других живых существ, обладающих развитой высшей нервной деятельностью. Наиболее существенный вклад в понимание природы ментальных образов и воображения и способы стимулирования активности продуктивного и творческого воображения вносит новая концепция в когнитивной науке – концепция энактивного и телесного разума. Эволюционная эпистемология как немаловажный компонент универсального эволюционного мышления может предложить нам определенные подсказки к разгадыванию тайн удивительной эффективности и истинности результатов работы творческого воображения в науке и изобретательстве. Поэтому нельзя не согласиться с Альбертом Эйнштейном, который сказал: «В своем воображении я свободен рисовать как художник. Воображение важнее знания. Знание ограничено, воображение охватывает весь мир». — 219 —
|