Школа ниндзя. Тайны воинов тьмы

В историческом плане фольклорными описаниями своей магической силы ниндзя «обязаны» частично ямабуси, частично – духам-тэнгу. Интересно, что в легендах ниндзя стоят все же ближе к духам, нежели к людям-ямабуси. Магическая практика горных отшельников, помноженная на блестящее боевое мастерство ниндзя и многочисленные приспособления для ведения боя и разведки, делала их почти сверхъестественными созданиями. Все это облекалось в одежды китайско-японских легенд – и вот перед нами уже некий супермен, то ли человек, то ли дух. Именно из этой дымки легенд и возникают многочисленные рассказы о подвигах ниндзя, которые подменяют собой более пресную действительность.

Итак, посмотрим, какие черты приписывались ниндзя. Большинство легенд касались, конечно, их чудесного мастерства и умения превращаться в других существ, чем обычно отличались и духи-тэнгу. Так, например, про знаменитого ниндзя Накагава Сэсюндзина (это именно он мог незаметно выкрасть меч у самурая) в древнем трактате «Окофудзи моногатари» говорится, что «помимо всего прочего он мог превращаться в крысу, паука, птицу и других животных» (Вататани Кюоси. Бугэй рюха хякусэн. Токио, 1972. С. 124).

Постепенно в народном сознании сложился стереотип ниндзя именно как мага и «человека свойств необычайных». Если самураи ценили синоби именно как разведчиков, лазутчиков и убийц, то в деревенской среде этими качествами вряд ли стали бы восхищаться – здесь нужно было чудо. И носителем такой «чудесности» выступал ниндзя. А точнее, некий собирательный образ человека, который одновременно был и ниндзя, и ямабуси, и бессмертным сэннином, и бродячим магом, и врачевателем. Такие магические одежды надевались на людей вполне реальных. Дело в том, что начиная с ХVII-ХVIII вв. под именем «ниндзя» фигурировали уже не только профессиональные разведчики, подобно членам школ Ига-рю и Кога-рю, но и местные ведуны, которым приписывали умение наводить порчу, убивать и лечить людей, даже не прикасаясь к ним. Некоторые из простолюдинов могли иметь отношение к местным школам дзю-дзюцу, практиковаться в боевых искусствах, хотя при этом никакими наемниками, подобно ниндзя, не являлись и, конечно же, не были посвящены в тонкости ведения разведки, «искусство невидимости», «беззвучных шагов» и другие их методы. Но народная молва была не прочь приписать своим героям статус «ниндзя».

Местные предания причисляли к «ниндзя» врачевателей, гадателей, мелких, но всесильных администраторов. Наряду с закрытыми школами ниндзя, окутанными абсолютной тайной, создавались некие сообщества, которые также считали себя ниндзя. Они организовывали отряды самообороны, занимались магической практикой, и у многих стало складываться впечатление, что ниндзя по сути и есть маги.