|
Протоиерей А.Устьинский в письме к В.Розанову разражается следующей длиннющей тирадой. 'Что такое русская женщина? Это какая-то деревяшка, совершенно лишённая какого бы то ни было стремления к нравственному усовершенствованию. Ей совершенно чужды какие бы то ни было понятия о чувстве правды и чувстве долга. В ней совершенно атрофированы способности постигать небесное и стремиться к нему. . . Бесчисленное множество русских священников спились с кругу единственно только из-за жён своих. . . Ещё во время самого венца. . . невеста. . . старается выше жениха поднять свою венчальную свечу, отдавая дань той примете, что, поступая так, она и в жизни будет иметь перевес над своим мужем и управлять им. . . В только что вышедшей книжке 'В тихой пристани' героиня. . . получает письмо от тётки игуменьи, в котором последняя советует ей вести жизнь внимательную, чистым сердцем служить Богу. По прочтении письма 'ей стало немного досадно от советов игуменьи. 'На что мне они, когда, может быть, даже сегодня я буду невестой Матищева?' - подумала она. Итак, что же, милая барышня? - продолжает Устьинский. - Значит, или Христос, или замужество? Или спасение души, или венчальный убор?' То есть - продолжает размышлять автор - в замужестве порядочность, нравственность, работа над собою и чистота уже не нужны? Видели бы многочисленные критики, считающие автора чуть не главою всех женоненавистников Рунета, как был исчёркан и исписан ручкой этот абзац! Перво-наперво, мне подумалось: ну да, может быть, замужество (наличие постоянного партнёра) и впрямь избавляет большинство женщин от подобной рефлексии и необходимой работы над собой. Я не настолько знаю женщин, чтобы внутренне отследить работу этого психического механизма, но пусть и впрямь это будет так. Однако очевидно, что, избавляясь от стремлений к 'нравственному усовершенствованию' и тому подобному, женщина неосознанно как бы делегирует все эти благие свойства своему мужчине. Зачастую сама того не осознавая, она ждёт от него верных указаний и какого-то общего управления. Не получая всего этого она вскоре 'срывается с тормозов'. А потом все вокруг начинают трубить, какая она плохая. В целом же систему 'жена-муж', в её, так сказать, диалектике и развитии почему-то никто не рассматривает. Кстати, вспомнился пример одного знакомого молодого священника: отличный, глубоко верующий человек, умён, порядочен, знает кучу языков, не корыстолюбив и не пошл. К его жене невозможно было обратится даже по телефону: хамство звучало уже в самых интонациях её речи. Когда умерла бабушка, то я позвонил с целью пригласить его на отпевание (мы потом вдвоём и справили панихиду по полному, не сокращённому чину). В ответ довелось услышать откровенную её грубость: 'Вы все отрываете мужа от семьи'. Но ведь этот парень - очень мягкий, и даже слишком добрый человек. Однажды мы ехали с ним в моей иномарке; я заговорил о его жене: типа, ведь она же отваживает от него постоянных прихожан, скверное поведение жены бросает тень и на него самого, страдает бюджет их семьи, и всё такое прочее. И тут же получил ответ в обычной для него, мягкий форме: 'Кот, но ведь это моё личное дело, оно больше никого не касается'. — 285 —
|