Становление личности

28 Hinkle L Е, WolffH G Ecological investigations of the relationship between illness, life experiences and the social environment//Annales rnternational Medicine 1958 Vol 49 P 1373-1388

Культура, ситусшия, роль 279

ня племя продвинулось к сложному западному типу цивилизации. Социальные пере­мены, рассчитанные на столетия, сконденсировались в одном поколении. Однако Мид отметила стабильность индивидуальных личностей. Один человек, теперь судья средних лет, сохранил ту же напыщенность, какой отличался и в юности. Другой, бывший в юные годы недоверчивым, сдержанным и апатичным, через 25 лет обла­дал такими же чертами и темпераментом29.

Конечно, подобные наблюдения не доказывают, что такие огромные соци­альные перемены не влияют на личность. Конечно, влияют. Но мы предостерегаем против поспешного обобщения, будто личность — это только зеркальное отражение культуры.

Второй пример так же поучителен.

Во время гитлеровской эры в Германии тысячи людей полностью утратили свою обычную опору в социальной системе. Им было запрещено работать, их пресле­довали, их лишали собственности, арестовывали, пытали; семьи были разбиты. Не­которые избежали заключения в концентрационный лагерь, сумели бежать из стра­ны и поселиться за рубежом, где у них вообще не было корней. Что же происходило с их личностями? Внимательное изучение девяноста таких случаев показало, с каким упорством и энергией они сохраняли свою собственную натуру как на родине, так и в новой стране.

Исследователи описывают живое впечатление необычайной целостности и самости индивидуальных личностей. Подавленный, бесцветный учитель математики теряет работу, ухитряется эмигрировать и становится подавленным, бесцветным учителем математики в новом мире. Оптимистичный, экстравертированный, при­ветливый специалист по рекламе, совершенно разбитый нацистами, в конце кон­цов обнаруживается в Южной Америке в качестве оптимистичного, экстраверта -рованного, приветливого специалиста по рекламе. Очень компетентная еврейка, писательница с искрометным стилем, покидает Австрию при ужасных обстоятель­ствах и поселяется в Израиле, где пишет мемуары со своей обычной живостью30.