|
Как можешь? Царица (идет к нему навстречу) Здравствуй, дядюшка Никита Романович! Тебя сам Бог прислал! Мне говорить с тобою надо! Мамка, Ступай себе к царевичу, оставь нас. Мамка уходит. Мне надо говорить с тобой, Никита Романович! Садись, сюда, поближе: Не знаю, что со мною, право, сталось; Все эти дни так тяжело на сердце, Как будто чуется беда! Скажи, Ты ничего не слышал? Что случилось? Что царь задумал? Захарьин Матушка-царица, Ведь я пришел тебя предостеречь! И сам уже не знаю, что с ним делать? Беда, и только! Словно дикий конь, Внезапно закусивший удила, Иль ярый тур, все ломящий с разбега, Так он не знает удержу теперь. Подобная реке, его гордыня Из берегов уж выступила вон И топит все кругом себя! Царица Скажи, Что он задумал? Захарьин Бог ему судья! Царица О чем-то страшном шепчут во дворце – Он с английским послом наедине О чем-то долго толковал, – я знаю – Я догадалась – он жениться хочет На чужеземке, а меня он бросить Сбирается с Димитрием моим! Захарьин Будь, дитятко, готова ко всему! Царица Недаром сердце у меня щемило! Захарьин Царица, он хотел сегодня утром Быть сам к тебе. Не покажи и вида, Что я с тобой об этом говорил. Я буду здесь. Ты ж выслушай его С покорностью и, что б он ни сказал, Не возражай ни слова – будь нема! Единый звук, единый вздох, движенье Единое твое – и ты пропала! Дай буре прошуметь. Еще, быть может, Смягчится он покорностью твоею; А если нет – я на свою главу Приму удар, скажу ему открыто, Что он бессовестно чинит! Царица Боярин, Спаси меня! Не за себя мне страшно! Я хлопочу не о себе, ты знаешь! Когда меня Иван Васильич взял, Не радовалась я высокой чести; И если бы со мной, тому три года, Он развелся, я Бога бы за то Благодарила – но теперь, боярин, Я не одна! Теперь я стала мать! И если он жену возьмет другую – Ребенок мой – мне страшно и подумать – Мой маленький Димитрий – о боярин!– Сама не знаю, что я говорю, Чего боюсь, не ведаю – но смутно Мне чуется для Дмитрия опасность! Усовести, уговори царя! Тебя он чтит! Пусть он с тобою прежде Обсудит дело! Захарьин Дитятко-царица! Кого он чтит! Я, правда, перед ним Еще ни разу не кривил душою, Но сам не знаю, как я уцелел! Лишь одного на свете человека Порою слушается он: дай Бог Здоровья Годунову! Он один Еще его удерживать умеет! Царица О дядюшка! Не верь ты Годунову! Нет, он не тот! Его смиренный вид, — 67 —
|