|
Дон Боабдил, слуга я ваш покорный! Рекомендуюсь вам. Я в бога верю; Но, может быть, я ошибаюсь. Если Один лишь черт вселенной господин, На том свету прошу вас мне у черта В протекции своей не отказать. Уходят вместе. Комната Донны АнныДонна Анна (вся в черной одежде сидит у окна) Как в ясный день крушительная буря, Так на меня обрушилась судьба. О мой отец! Услышь меня из гроба! Перед тобой его я обвиняю! Да, он тебя не одного убил. Он, он убил души моей святыню, Надежды все и чистые мечты, Заветные убил он убежденья, Он все убил! В отчаянье он ввергнул, В безверие низринул дочь твою! То был дух тьмы, вид ангела принявший, Но в нем не я ошиблась – нет, не я! Отец мой, не вини меня! Предвидеть Никто не мог того, ни угадать. Здесь выводы нарушены событий, Насилован предвечный ход судьбы; То истин всех закон непогрешимый Разбился о двуличие его! Нет, не меня ты обманул, Жуан,– Ты обманул и бога и природу! Входит дон Октавио. Она его не замечает. Дон Октавио (после долгого молчания) Уж год к концу приходит, донна Анна, С тех пор, как страшный вас постиг удар. Ужели нет вам в горе облегченья? Отчаянью ужели нет конца? Все так же вы бледны и молчаливы, Все так же смотрит ваш недвижный взор; О, если бы на миг я вас увидел, Какою я когда-то вас знавал! Донна Анна Прошло то время, дон Октавьо. Ныне Пора другая настает. Я стала, Вы видите, спокойнее теперь. Я в монастырь решилась удалиться. Дон Октавио Что слышу я? Возможно ль, донна Анна? Донна Анна Я так решилась, дон Октавьо. Дон Октавио Нет! Я не могу молчать пред вами доле! Я дал себе святое обещанье Не говорить вам о любви, но нет, Молчать нет силы доле. Донна Анна! Я вас люблю, как никогда никто Доселе не любил еще на свете! Я вас люблю не для себя. Бог видит, Нет жертвы, нет такого униженья, Которого б не принял я для вас. Мученья ада были бы ничто В сравнении с ревнивостью моею! Но я ее насильно заглушил, Обезоруженную подал руку Сопернику. Я знал, о донна Анна, Что он вас недостоин; но его Любили вы – и он мне стал священен! И самое мне ваше заблужденье Священно было; и, чтобы для вас Спасти того, кто жизнь мою похитил, Я, не колеблясь, кинулся бы в пламя! Забыв, кто он, забыв себя, весь мир, Я вас лишь видел, вас одних лишь помнил; Когда меня отвергли вы, когда, Злодейства став неслыханного жертвой, Вы на мое безмолвное участье Холодностью одною отвечали, Я вас любил, любил вас безнадежно! Все действия мои и все мышленья — 26 —
|