|
Грех вам мутиться! Народ Батюшка, Василий Иванович! Вступись, отец родной! Твой род ведь всегда за нас стоял, а ноне нам от сыщиков житья нет! Вступись, батюшка! Шуйский Опомнитесь, миряне. Царь Борис Феодорыч так приказал. Он знает, Кого хватать. А вы пройти мне дайте До Лобного до места; по указу По царскому я речь скажу. (Идет к Лобному месту.) Один из народа Нет, этот Не вступится! Другой Да, не чета Иван Петровичу! Третий Какую ж речь он скажет? Первый А вот послушаем. Шуйский (с Лобного места) Народ московский! Вам всем: гостям и всем торговым людям, Всем воинским, посадским, и слободским, Митрополичьим всем, и монастырским, И вольным, и кабальным всяким людям, Я, князь Василь Иваныч Шуйский, бью Напред челом! (Кланяется на все стороны.) Вам ведомо, что некий Еретик злой, расстрига, чернокнижник И явный вор, Отрепьев Гришка, Бога Не убоясь, диаволу в угоду, Дерзнул себя царевичем покойным, Димитрием Иванычем назвать… Ропот. И с помощью литовской рати ныне Идет к Москве, а с ним немало наших… Из Северской земли… Один Слышь, с ним и наши! Шуйский Изменников. И хочет он, расстрига, Великого, почтенного от Бога Царя Бориса Федорыча свергнуть, И церковь православную попрать, И вовлекти в латинскую нас ересь. Что ведая, великий государь Мне повелел вам повестить сегодня Все, что своими видел я очами, Когда, при Федоре-царе, посылан Я в Углич был, чтоб розыск учинить: Как там царевич Дмитрий Иоанныч Упал на нож и закололся. Другой Знаем! Третий Слыхали то! Шуйский И по приезде мы, С Андреем со Петровичем, в собор Отправились, с Луп-Клешниным, и там Увидели младенца бездыханна, Пред алтарем лежаща, и его Пресечена была гортань. Третий (вполголоса) Да кто же Младенец был? Шуйский Что Гришка же Отрепьев Не Дмитрий есть, а некий беглый вор, От церкви отлученный и проклятый,– В том я клянусь и крест на том целую, И не видать мне царствия небесна, И быть на Страшном Божием суде Мне прокляту, и в огнь идти мне вечный, Когда солгал! (Целует свой тельный крест.) Первый Да в чем же он клянется? Второй Что Дмитрий не Отрепьев. Третий Без него Мы знаем то! Первый Постой, он говорит! Шуйский И ведомый еретик тот и вор Великого, почтенного от Бога И милосердного царя Бориса Кусательно язвит, а от себя — 187 —
|