|
Быть редактором «Мира искусства» я не могу… – На это Дягилев отвечал: «Теперь о Вашем участии. Вы понимаете, дело стоит так: 1 января мы прекращаем „Мир искусства“ – это решено, и затем либо открываем новый литературно-художественный журнал, либо я и Философов уезжаем года на два из России за границу. Скажу Вам откровенно, что и то и другое для меня лично одинаково заманчиво. Открывать новое дело без Вашего участия мы ни в каком случае не будем, во-первых, потому, что у нас недостаточно для этого сил и, во-вторых, потому что и материально нам это дело на ноги не поставить <…> Думаю, что нет необходимости начинать журнал непременно с 1 января 1904 года. Закрыв „Мир искусства“, надо пооглядетъся, познакомиться, а также спокойно начать собирать материал, и первую книжку выпустить осенью, начав хотя бы и год с осени. Словом, непосредственной спешки нет, но, конечно, теперь уже надо предрешить будущее. Однако в какой же, если не редакторской, форме может быть Ваше участие? При „ближайшем участии“ – этому уже больше никто не верит. Да и расположены ли Вы вообще дать Ваше „ближайшее участие“! Вы пишете, что заведовать делом должна одна рука, – фактически объединять весь материал и сравнивать все шероховатости я совсем и не отказываюсь, но издавать литературный журнал со столь широкой программой без Вас и не для Вас – я не согласен <…> что нужно сделать, чтобы Вы вошли в новое дело? <…> Я готов принять многое ради совместной работы с Вами». …журнал редактируется только одним человеком. – Ср. аналогичные утверждения в письме 4020. …воз-то мы если и повезем, то в разные стороны. – В ответном письме Дягилев уточнял: «Вы меня не совсем правильно поняли. Дело в том, что предположение поручить Мережковскому критический отдел я основывал на Ваших же словах о слишком большой работе редактора литературного отдела. С Мережковским я имел бесконечный по этому поводу разговор, и он приблизительно говорил мне о работе с Вами то же, что Вы пишете мне – о работе с ним. От участия в будущем журнале в качестве сотрудника он, правда, не отказывался, но о роли его журнале он отзывался скептически, ввиду предполагаемого участия московской литературной партии. Он считает даже возможным одновременное существование нашего журнала и „Нового пути“, как двух изданий слишком разных, со слишком самостоятельными и разнородными целями. Я хорошо знаю Мережковского и уверен, что мог бы увлечь его новым делом, но в данный момент считаю, что это не соответствует целям новой нашей затеи. „Новый путь“ ясно показал нам, насколько вся работающая в нем партия далека от литературы и вообще от эстетики <…> Думаю, что участие Мережковского как сотрудника – ценно, но роль его в журнале совершенно зависит от руководящей делом руки <…> Мережковский знает мое отношение к нему и чувствует свое положение в журнале, почему и стоит за продолжение „Нового пути“ и отказался от редактирования критического отдела в новом журнале». — 408 —
|