|
Этот человек был абсолютно ненормальным. Его, скорее, надо было бы отправить в психиатрическую больницу, а не поклоняться ему. Что он дал миру? Что великого в том, чтобы есть навоз и пить коровью мочу? Все, что для этого нужно — это недоразвитый ум. Все, что требуется -это убедительно-идиотский подход к жизни. Но поскольку другие последователи Махатмы Ганди не могли сделать этого, он стал единственным. Вы только присмотритесь к вашим ценностям, которые делают вас благочестивыми, которые делают вас религиозными, которые делают вас святыми, которые делают вас добродетельными. Есть ли в них какая-нибудь сила, рациональность, что-нибудь интуитивное, что-нибудь способствующее вашей сознательности? Или через них вами управляют прогнившие писания прошлого — написанные необразованными, некультурными, нецивилизованными людьми? Скрижаль заповедей добра воздвиг над собой каждый народ. Смотри, это скрижаль преодолений его, это голос его воли к власти. И все эти ценности, которые принимает общество, есть не что иное, как воля к власти. Профессор Бансали не сделал ничего такого, что можно назвать духовным. Это не дало ему пробуждения, просветления, это не привело его к самореализации; но это дало ему огромную власть. В ашраме Махатмы Ганди было два великих человека; один из них — Махатма Ганди, другой -профессор Бансали. Посетители сначала идут коснуться ног Махатмы Ганди, а потом идут к Бансали, чтобы коснуться его ног. Людей можно убедить сделать все что угодно, имеющее смысл и бессмысленное, если они поймут, что будет удовлетворена их инстинктивная воля к власти. Они могут сделать все — даже невероятное. Джайнские монахи и монахини не могут пользоваться современным туалетом. Ясное дело, в их писаниях туалеты не упоминаются. Наоборот, в их писаниях говорится: «Нельзя испражняться или мочиться в воду». Двадцать пять веков назад это было очень правильно; иначе вы оскверните воду, а людям придется ее пить. Но такова человеческая глупость: они не могут пользоваться современным туалетом, потому что в нем есть вода, а в большом городе вроде Бомбея вы не очень-то можете выйти за городскую черту, и что они делают? Они мочатся в ведро, оправляются в ведро; а ночью, когда все спят, они выбрасывают все это дерьмо и испражнения на улицу. И это святые джайны, праведники и праведницы. Джайнские монахи и монахини не могут принимать душ; они не могут даже чистить зубы, они не могут пользоваться зубной пастой. Идея была в том, что чистить зубы, ходить с чистым ртом и принимать душ — значит украшать тело; а джайнизм против тела: тело — ваш враг. Стоять рядом с джайнскими монахами и монахинями очень трудно, потому что от них воняет — это противно. А разговаривать с ними... Мне приходилось говорить им: «Пожалуйста, стойте подальше», потому что их дыхание зловонно. Воздух, который исходит из их рта, вызывает отвращение, и все их тело, покрытое слоями пота и грязи, поистине тошнотворно. — 149 —
|